После 1999 г. в гнездовом ареале байкальской популяции императорского орла произошли катастрофические перемены. Их первопричина - огромные социальные сдвиги 1990-х гг. Прежняя система хозяйства была разрушена, причем вместе с природоохранными структурами. Колхозы распались, в результате резко сократилась площадь полей, многократно уменьшилось поголовье скота. Степи, лишенные пастбищной нагрузки, покрылись высокой травой, поля заросли бурьяном. В начале лета непокрытые лесом территории теперь представляют собой «море» сухих трав. И происходят невиданные прежде травяные пожары. Май и июнь – почти ежегодный период засухи и сильных ветров - стали временем катастрофического разгула огненной стихии. Посещения приангарских лесостепей в 2005, 2007 и 2012 гг. повергли меня в шок. Почти повсеместно они были пройдены огнем! Горели не только степи, луга, заброшенные поля, но и все лесные участки, пойменные заросли. Огонь тушился лишь в случае угрозы населенным пунктам.

Фото 1. Пойма реки Ангары из-за пожаров скоро может лишиться древесных зарослей.

     В итоге произошедшей «лесной реформы» леса оказались без присмотра и охраны. Теперь некому бороться с огнем, пресекать незаконные рубки. Последние приобрели огромные масштабы. Сейчас почти вся лесопокрытая площадь юга Иркутской области (включая и небольшие лесные колки) пройдена незаконными рубками, завалена порубочными остатками. «Черными лесорубами» берется лишь нижняя часть ствола, все остальное бросается. И рано или поздно оно горит.

 Фото 2. Вот так сейчас заготавливают сибирский лес.

Фото 3. Нередко попадались спиленные и брошенные деревья чем-то не устроившие лесорубов, в том числе - сосны возрастом более 200 лет.

    И такая ситуация характерна не только для лесостепи, но и для огромных площадей южно-сибирской тайги. В 2011 г. мне довелось участвовать в автоэкспедиции «Байкал-Трофи» по труднодоступной территории притоков Верхней Лены. Три дня мы передвигались по сплошным гарям и вырубкам, живой высокоствольной тайги было очень мало.

Фото 4. Автоэкспедиция в труднодоступный таежный район.

Фото 5.Так теперь выглядит байкальская тайга.

     Хуже всего обстоят дела в лесостепном правобережье Братского водохранилища. Верховыми пожарами здесь уничтожено более 20% лесов, низовые проходят повсеместно. Вся лесопокрытая площадь пройдена незаконными рубками, завалена порубочными остатками. Свалки из опилок и других отходов работы пилорам окружают почти все населенные пункты. Они круглый год горят, весной и летом огонь переходит в леса.  Фотоотчет о нашей поездке летом 2012 г.

Фото 6. Горящие свалки отходов работы пилорам. 

   В лесостепном левобережье размеры незаконных рубок скромнее. Но, лесные пожары очень часты. Не менее 20-30% лесов из-за них погибли.
На Тангутском стационаре сгорело 90% лесной площади. В этом районе почти все уцелевшие деревья в разной степени обожжены огнем, многие наверняка засохнут. Сохранившиеся лесные участки лишились почти всех крупных деревьев, нет в них и хвойного подроста. Фотоотчет о нашей поездке летом 2012 г.

Фото 7. Тангутский стационар. На этих склонах в 1981-1983 гг. гнездились 2 пары орлов.

Фото 8.На южном берегу Унгинского залива (Братское водохранилище) последние лесные участки погибают
из-за заготовки дров.

       Спелые леса ценной ангарской сосны в Приангарье все уже уничтожены. Подрост берез и осин поднимается на месте сгоревших и вырубленных хвойных лесов.    С древних пор сохранялись огромные лиственницы, стоящие среди степи. На некоторых из них размещались орлиные гнезда. В последние годы почти все эти деревья, помнившие появление на Байкале первых русских казаков, были уничтожены огнем. Или они настолько сильно обгорели, что окончательная гибель – вопрос ближайшего времени.

Фото 9. Отстатки погибших великанов - современное "украшение" лесостепного ландшафта. 

Фото 10. В огромной лиственнице в 2012 г. еще теплилась жизнь. В 2013 г. этого дерева уже не было. Спасибо местному фермеру.

     Благосостояние значительной части населения в 2000-х годах улучшилось, в том числе и за счет массового воровства леса. Это обстоятельство имело следствием многократное увеличение числа частных автомобилей, включая джипы, а также снегоходов, квадроциклов, катеров. Была практически уничтожена охотничья инспекция, ослаблены природоохранные законы. При этом значительно увеличилось количество охотничьего и пневматического оружия. Снизилась и законопослушность населения. Результат – невиданные прежде масштабы браконьерства. Вероятность отстрела орлов и других редких видов пернатых резко возросла.

    Беспрецедентно усилилась рекреационная нагрузка на берега Байкала, Братского водохранилища, на поймы рек. Это тоже следствие многократного увеличения числа частных автомобилей. Из-за беспокойства страдают крупные, настороженно относящиеся к человеку виды птиц, прежде всего – филин, орлы, крупные сокола.

      Заповедники и национальные парки всегда были очагами выживания редких видов. Но в 2000-х ситуация изменилась. Нищенское финансирование национальных парков и новые «беззубые» природоохранные законы не позволяли адекватно противостоять катастрофическому росту неконтролируемого туризма.

Фото 11. Туризм стал главным разрушителем природы Прибайкальского национального парка.

    Например, в Прибайкальском национальном парке (ПНП), включающем Ольхон и Приольхонье, уникальные природные территории буквально уничтожаются, фактор беспокойства превысил все мыслимые нормы (подробнее о ситуации на Ольхоне – здесь). В итоге императорскому орлу сейчас на Ольхоне делать нечего. Территории, где располагались его гнездовые участки, испытывают огромную рекреационную нагрузку.

     Я проработал в ПНП 17 лет (орнитологические наблюдения на его территории веду еще с 1979 г.). В 2011 г. вместе с группой коллег написал письмо на имя Президента о нетерпимой ситуации, сложившейся в отечественной заповедной системе в целом и в ПНП в частности. Единственный последовавший результат - наши увольнения. Моя должность – заместитель директора по науке – была упразднена, научный отдел парка ликвидирован. В ПНП не осталось сотрудников, знающих его флору и фауну. Поэтому в 2013 г. прямо на местообитаниях «краснокнижных» растений парк размещал туристические стоянки, а автомобили ПНП украсила эмблема, на которой легко узнать американского белоголового орлана – гербовую птицу США. Так, по мнению новых начальников, должен выглядеть легендарный ольхонский Белоголовый Орел.

 Фото 12. Так представляют себе легендарного Белоголового Орла в национальном парке.

     Гибель пернатых хищников на ЛЭП до последнего времени имела сравнительно скромные масштабы. Линий было сравнительно немного, как правило, рядом с ними располагались безопасные присады – деревья, линии деревянных столбов. За 10 лет ситуация изменилась. Деревянные столбы почти исчезли, множество деревьев-присад сгорело, либо они было спилено. А сеть «птицеопасных» линий быстро росла. Сейчас они являются важным фактором гибели хищных птиц. Осенью 2011 г. только у 20 столбов новой ЛЭП-10 кВт были найдены остатки 6 мохноногих курганников и 1 пустельги.

Фото 13. Погибший от электрошока мохноногий курганник.

   Но даже в нынешних условиях массового уничтожения сибирской природы основной причиной сокращения численности мигрирующих сибирских птиц является неблагополучие южно-азиатских зимовок. Показательна ситуация с большой горлицей.

Фото 14. Большая горлица. Приольхонье, 20 мая 2008 г.

    В 1970-1980-х гг. это была, вероятно, самая многочисленная неворобьиная птица лесостепных районов Западного Прибайкалья. С тех пор ее численность сократилась в десятки раз. Овсянка-дубровник входила в число наиболее обычных видов воробьиных – и тоже стала встречаться в десятки раз реже. Исчезают виды птиц, которые не могли катастрофически пострадать от пожаров и рубок, которых никто не ловил и не стрелял (до едавнего времени) в Сибири.

Фото 15. Овсянка-дубровник

    Список мигрирующих видов, у которых наблюдается резкое сокращение численности, постоянно растёт. Например, летом 2012 г. удивило почти полное отсутствие обыкновенного бекаса. Для императорского орла фактор зимовок по-прежнему играет ключевую роль.

   Итак, в 2000-х гг. произошло масштабное уничтожение гнездовых местообитаний орла-могильника. В результате из 43 гнездовых участков, найденных мною в Иркутской области, за последние 10 лет огонь уничтожил 15 (34,9%).

Фото 16. Погибшая от огня сосна с орлиным гнездом.

    Один из жилых гнездовых участков исчез в 2012 г. по вине «черных лесорубов». Они срубили сосну с гнездом - единственное крупное дерево на многие километры. В Приангарье впервые возник острый дефицит деревьев, пригодных для строительства орлиных гнезд.

     Заселенная «императором» территория значительно сократилась. Он перестал встречаться в лесостепном правобережье Братского водохранилища, а также в лесостепи Верхней Лены. Примерно с 2000 г. прекратилось гнездование на Ольхон. На острове разрушились почти все орлиные постройки и ничто сейчас не напоминает о еще сравнительно недавнем обилии этих птиц. В Приольхонье осталась лишь одна гнездящаяся пара. Единственная на весь Байкал. На Тангутском стационаре в 2012 г. последняя пара еще обитала на уцелевшем лесном участке.  

     В 2007 г. численность императорского орла в Иркутской области оценена мною в 25 пар. В 2012 – в 15 пар. В эту цифру входят и 4 пары, населяющие самый западный лесостепной участок на р. Оке, где проводит исследования орнитолог Игорь Фефелов. Это уже не экстраполяция, а точное число сохранившихся гнездовых участков. За период 1984-2012 гг. численность упала в 10-13 раз!

   Снижение численности в период 1999-2012 гг. подтверждают и результаты автомобильных учетов. Они проводились мною в периоды с мая по август, пролегали примерно по одним и тем же дорогам. В 1998 г. на 100 км автомобильных маршрутов (общей протяженностью 3609 км) пришлось 0,61 встречи «императора», в 2005 г. (3155 км) – 0,5, в 2007 г. (4423 км) – 0,27, в 2012 г. (4482 км) – 0,16.

Фото 17.  Это гнездо было построено орлами в 1983 г. Много лет пустовало, пока его не заняла пара черных коршунов. Приольхонье, 5 июля 2011 г.

    В Бурятии императорский орёл тоже очень редок. Общая численность байкальской популяции на 2013 г. по моей оценке оставляет порядка 30 пар, с учетом неполовозрелых особей (без слетков) и негнездящихся взрослых одиночек - примерно 100-130 особей. Сейчас она - самая неблагополучная в ареале вида. В европейской части России и в Уральском регионе численность орла-могильника в 1980-1990-х, напротив, увеличивалась, а в последнее десятилетие была стабильна. Известно, что эти популяции проводят зиму на Аравийском полуострове и в Африке. Как стало известно осенью 2014 г., алтайские орлы улетают в Индию.

    Дикая природа лесостепи Байкальского региона, включая орлов, сейчас лучше всего «себя чувствует» там, где развита сеть фермерских хозяйств, занимающихся традиционным пастбищным скотоводством. Здесь сохраняются и степь и лесные угодья. Ведь сейчас только фермеры создают минерализованные полосы, защищающие леса от огня.

Фото 18. Минерализованная полоса. Приангарье, 24 мая 2012 г.

     Многочисленные встреченные в 2012 г. сэргэ – «шаманские коновязи», а также следы проведения тайлаганов (коллективных шаманских жертвоприношений) свидетельствовали о возрождении местным населением элементов древних верований. Хочется надеяться, что хотя бы отчасти возродятся и старинные экологические традиции - почитание священных птиц (Орла и других пернатых хищников, огаря, филина, лебедя), священных гор, рощ и отдельных деревьев.

Фото 19. Новое сэргэ. Май 2012 г.

Фото 20. Изображение филина на сэргэ.

    Большинство фермерских хозяйств располагается в Лено-Ангарском междуречье. Там лучше всего и сохранились редкие виды птиц. А в самом «неэкологичном» районе – лесостепном правобережье Братского водохранилища - фермеров меньше, чем где-либо. Весь район живет за счет варварской вырубки леса. Это занятие несравненно прибыльнее сельского хозяйства. Не дай Бог, если такая практика распространится и на другие территории.

     С фермерами-скотоводами, а также с возрождением их древних природоохранных традиций, связаны надежды на сохранение местообитаний редких пернатых Байкальского региона.  

Подробнее о современной ситуации в лесостепи можно узнать из моей публикации 2012 г. «Предбайкальская лесостепь в кольце огня».

 Фото 21. Этот памятник Орлу установлен стараниями местных жителей в Приольхонье в 2013 г.

Фото 22.  Ветер играет шаманскими колокольчиками.

 

 Виталий Рябцев